«Существующая реальность поставлена под сомнение»
«ГИАЦИНТЫ» холст/акрил 68×78 см, 2025 // «СЕМЕЙНОЕ» холст/акрил 77×77см, 2025
Живопись, основанная на одномоментном воспроизведении текущей реальности (натюрморты, пейзажи), представляют собой сжатый пересказ увиденного, выраженный в пограничной форме объективности.
«РЫБА МОЯ» холст/акрил 66×73 см, 2025 // «НАИВ» холст/акрил 66×71см, 2025
«БАРАНЫ» холст/масло 85×89 см, 2025 // «КОРОВА» холст/акрил 90×90 см, 2025
Как можно додумать и дорисовать сюжет увиденных на минуту пасущихся баранов или бесцельно гуляющей коровы. Намеренно наделить реалистичный пейзаж цветами рекламы. Цвет выступает как среда, а не как украшение. Дальний план растягивается и сжимается одновременно, в нем возникают скорости — скорости ХХI века. Это не пейзаж, это переживание среды.
Когда в основе высказывания лежит тема памяти, живописный язык конструируется из литературного нарратива воспоминания. Мы не помним детали прошлого, факты, сцены и диалоги со временем стираются из памяти. Обращение к воспоминаниям — это лишь очередная новая попытка реконструкции прошлого. Живопись в таком случае — лишь попытка войти в утраченные слои памяти.
«ОЧКА-КОРЫТО» холст/акрил 145×130 см, 2025
Раньше стирка была событием целого дня. Особенно в деревне, без центрального водоснабжения. Воду нужно было натаскать ведрами из колонки. Вначале в баню — и ее истопить. Затем в корыто. Холодная, для полоскания белья. Корыто большое, чтобы его наполнить нужно принести не одно ведро. Ты уж сильно устаешь, а корыто наполнено наполовину. Когда выливается последнее ведро — ты уже не чувствуешь усталость. Ты заворожен. В памяти остается состояние ощущения этой безумно ледяной воды с пузырьками.
«ЩЕНОК» холст/акрил 100×70 см, 2025
«МЫЛЬНЯ» холст/масло 110×93 см, 2025
В своей живописной практике я сознательно присваиваю композиции свойства руин. Пространство выступает как неустойчивая среда, лишенная точки ориентации. Архитектурные и ландшафтные формы появляются не как объекты, а как следы присутствия памяти.