Сама набережная появилась ещё в начале XIX века и до 1922 года звалась Александринской, а Пушкинской стала в 1937-м, к столетию гибели поэта. Теперь здесь появилось гранитное мощение, новые лавочки, фонари и около двадцати павильонов. Это стеклянные постройки от пола до потолка, в два-три этажа, с лестницами и многоуровневыми смотровыми площадками наверху; по форме они отсылают к конструктивизму, но чаще всего их сравнивают с круизными лайнерами, пришвартованными к берегу. Спор вокруг них идёт ровно об этом: насколько уместны такие футуристические объёмы на исторической набережной. Придумало их бюро Wowhaus, оформлявшее когда-то соседнюю Крымскую набережную. Павильоны объединили в тематические кварталы: визуальные искусства, событийная площадь, семейная гостиная, гастрономический.

Всё оформление построено на образах Александра Дейнеки: его темы спорта и индустриализации совпали с духом парка 1930-х. Для набережной создали два больших панно из арт-бетона по нереализованным эскизам художника, «Танец» и «Физкультурники», а в крыше одного павильона разместили 12 плафонов, отсылающих к мозаикам Дейнеки на «Маяковской».

Чем заполнили павильоны: открылись кафе, рестораны и магазины. Среди первых — флагман «Вкусно — и точка» с роботами-официантами и залом на 220 мест, Rostic’s, самый большой в сети Surf Coffee и одесская «Тётя Мотя» на 550 мест на месте бывшей «Веранды». В мае официально открылся балийский гастроклуб Made in Bali, интерьер которого собрали из девяти тысяч привезённых с острова предметов. С верхних уровней видно панораму парка и Фрунзенскую набережную.