Ханс Ульрих Обрист: куратор, создающий новые пространства для искусства

Ханс Ульрих Обрист (Hans‑Ulrich Obrist) родился 24 мая 1968 г. в городе Вайнфельден (кантон Тургау, Швейцария).

Профильное образование он получил в университете Санкт‑Галлена, где изучал экономику и экологию под руководством профессора Г. Бинсвангера.

Обрист с подросткового возраста активно общался с деятелями искусства — художниками, дизайнерами, архитекторами. Например, встреча с итальянским художником Алигьеро Боэтти в 1986 году стала для него поворотным моментом. Боэтти дал Обристу несколько наставлений: всегда активно общаться с художниками, выстраивать диалог и узнавать как можно больше о проектах, которые они не сумели реализовать в данных условиях. Эти советы стали неотъемлемой частью кураторской практики Обриста. Боэтти также помог ему понять, что кураторство — это умение «делать невозможное возможным».

Посещение мастерской Петера Фишли и Давида Вайса в 1985 году стало для Обриста «озарением». Там он решил, что хочет курировать выставки. Их работа показала ему, что искусство может «расширять определения», а диалог с художниками — ключевой элемент понимания искусства.

Свои организаторские способности Обрист впервые показал в 1991 г., когда пригласил швейцарских художников Петера Фишли и Давида Вайса, Ханс‑Питера Фельдмана, Кристиана Болтански и других в собственную квартиру в Санкт‑Галлене и устроил «Кухонную выставку» (World Soup).

Художественная галерея под названием Серпентайн (Serpentine Gallery) появилась в Лондоне в 1970 году. Она разместилась в живописном месте — в Кенсингтонских садах, рядом с Гайд‑парком. Примечательно, что для галереи приспособили чайный павильон 1934 года постройки — здание с собственной историей, которое теперь служит храмом современного искусства.

Имя галерее подарило озеро Серпентайн, расположенное неподалёку. Вход в галерею бесплатный, и это привлекает широкую публику: ежегодно её посещают около 750 000 человек.

Особая гордость галереи — ежегодная программа временных павильонов. Каждый год галерея приглашает именитых архитекторов создать уникальное сооружение на её территории.

«Cities on the Move» (1997–1999) — передвижная выставка о глобализации и городах Совместно с куратором Хоу Ханру Обрист организовал одну из самых масштабных выставок 1990‑х годов. Cities on the Move представляла культуру быстрорастущих городов Восточной Азии и исследовала темы модернизации, потребительства, архитектуры и движения. Выставка состоялась в формате путешествия: началась в Венском сецессионе (26 ноября 1997 — 18 января 1998), затем переместилась в Бордо, Нью‑Йорк (MoMA PS1), музей Луизианы в Дании, лондонскую Hayward Gallery, Бангкок и музей Киясма в Хельсинки.

Концепция заключалась в том, чтобы сделать каждую итерацию уникальной — экспозиция постоянно менялась в зависимости от города и включала новые работы. В Венеции архитекторы и художники превращали пространство в подобие азиатского мегаполиса: архитектор Чан Юн Хо построил двухуровневые леса, а индонезийский художник Хери Доно подвесил к ним пятнадцать стеклопластиковых ангелов с колонками, воспроизводившими звуки птиц, что создавало ощущение городской лабиринтности. В Нью‑Йорке и Лондоне выставка включала фильмы, концерты и дискуссии, демонстрируя гибкость формата. Участвовали более ста пятидесяти художников, архитекторов и дизайнеров, среди них Риркрит Тиравания, Ли Бул, Марико Мори, Такэси Мурамакэ, Хуан Йонпин и другие.

Manifesta 1 (1996, Роттердам) Первая европейская биеннале современного искусства Manifesta стала ответом на культурные и политические изменения после окончания холодной войны. Команда из пяти кураторов — Роза Мартинес, Виктор Мизиано, Каталин Не́рай, Ханс‑Ульрих Обрист и Эндрю Рентон — выбрала 72 художника из 25 европейских стран и организовала «одну выставку, содержащую множество выставок». Событие проходило одновременно на шестнадцати музейных площадках и тридцати шести общественных пространствах Роттердама. Темы проекта — миграция, коммуникация, перевод, отношения между природой и культурой, поиски культурной идентичности — отражали стремление Европы осмыслить себя заново.

В избранных проектах — World Soup, Cities on the Move и Manifesta 1 — он постоянно нарушал границы, переносил искусство в неожиданные пространства, сочетал различные дисциплины и настаивал на адаптации к месту и времени. Метод Обриста основан на заботе, диалоге и исследовании. Он рассматривает куратора как «собирателя» культурных сфер, который создаёт условия для появления новых идей и пересмотров. В будущее этот подход смотрит с оптимизмом: искусство, по мнению Обриста, должно постоянно приспосабливаться к меняющемуся миру, а куратор — помогать ему в этом, открывая новые точки соприкосновения между культурами и воплощая нереализованные проекты.

Метод Обриста основан на заботе, диалоге и исследовании. Он рассматривает куратора как «собирателя» культурных сфер, который создаёт условия для появления новых идей и пересмотров. В будущее этот подход смотрит с оптимизмом: искусство, по мнению Обриста, должно постоянно приспосабливаться к меняющемуся миру, а куратор — помогать ему в этом, открывая новые точки соприкосновения между культурами и воплощая нереализованные проекты.

Ханс Ульрих Обрист стал одним из наиболее влиятельных кураторов конца XX — начала XXI века. Его путь от импровизированной выставки на собственной кухне до руководства престижной лондонской галереей демонстрирует, что кураторство может быть одновременно экспериментальным и институциональным.

Фанатичная работоспособность: Обрист известен тем, что спит по 4-5 часов, ведет активную переписку, посещает сотни мастерских художников и курирует множество проектов одновременно.

Краткая история всего: Обрист — автор книг, таких как «Краткая история кураторства» и «Краткая история новой музыки», которые стали ключевыми текстами для понимания современного искусства.

Мемуары: В 2026 году Обрист выпускает книгу под названием «Жизнь в процессе» (Life in Process). В ней он рассказывает о своём пути в кураторстве, связывая его с детской травмой — в шесть лет Обриста сбила машина. Этот инцидент стал для него поворотным моментом.

Работа в «Serpentine Galleries»: Обрист продолжает руководить галереями «Serpentine» в Лондоне. В 2026 году в «Serpentine» планируется масштабная выставка, посвящённая работе Дэвида Хокни. Проект под названием A Year in Normandie представляет монументальную работу художника, изображающую смену времён года. Экспозиция станет ответом на показ гобелена из Байё в Британском музее.

Интерес к новым технологиям и интерактивности: Обрист отмечает, что в 2026 году художники будут активнее использовать искусственный интеллект (ИИ), но не просто для создания изображений, а для решения вопросов координации, авторства и коллективного действия. Он упоминает проект Holly Herndon и Mat Dryhurst «The Call», где ИИ использовался как инструмент координации, а не генерации изображений. Также в 2025 году Обрист говорил, что Serpentine Galleries в будущем сосредоточится на видеоиграх и интерактивности.

Переосмысление моделей биеннале: Обрист считает, что в 2026 году биеннале продолжат переосмысливать свои выставочные стратегии. Он приводит в пример Bukhara Biennial (Узбекистан), где каждый художник работал в паре с ремесленником, а все работы создавались локально, без транспортировки. Ещё один пример — Okayama Art Summit, курируемый Philippe Parreno, который также отличался открытостью и бесплатным входом.

Слишком раннее назначение на руководящую должность. В интервью Обрист рассказывал, что в 27–28 лет он был финалистом на должность директора европейской арт-организации (Witte de With в Нидерландах, ныне Kunstinstituut Melly). Он был благодарен, что его не взяли на эту позицию: по его словам, он тогда не был готов к роли директора и нуждался в дополнительном опыте. Этот эпизод он воспринимал как ценный урок — понимание того, что важно не торопиться с карьерными шагами и давать себе время на подготовку.

Риск чрезмерной нагрузки и выгорания. В молодости Обрист был известен своей невероятной продуктивностью и преданностью работе. Он говорил, что в какой-то момент понял, что у него «просто нет времени на сон», и сравнивал себя с Бальзаком, который поддерживал творческий тонус с помощью кофе. Однако позже ему пришлось скорректировать свой режим, когда он занял должность куратора в Музее современного искусства в Париже. Это может указывать на то, что он осознал опасность переутомления и научился балансировать между активностью и восстановлением.

Важность не отвергать нереализованные проекты. Итальянский художник Алигьеро Боэтти, который был наставником Обриста, говорил ему, что кураторы часто не обращают внимания на нереализованные или отвергнутые проекты художников. Боэтти считал, что такие проекты стоит документировать и по возможности помогать в их воплощении, так как среди них могут быть действительно значимые работы. Обрист принял этот совет к сердцу и впоследствии основал «Агентство нереализованных проектов» (Agency Of Unrealized Projects, AUP) вместе с Хульетой Арандой и Антоном Видокле. Это говорит о том, что он признал важность не игнорировать потенциально ценные идеи из-за первоначальных отказов или сложностей.

Необходимость гибкости и отказа от жёстких рамок. Обрист подчёркивал, что выставки должны быть экспериментами, а не следовать жёстким контрольным спискам. Он критиковал подход, при котором всё планируется за 18 месяцев до открытия выставки без возможности вносить изменения. Это может косвенно указывать на то, что в своей практике он сталкивался с ситуациями, когда излишняя жёсткость мешала творческому процессу, и научился этому противостоять.

Обрист считал, что следование мировым тенденциям в русской традиции имеет большой опыт симбиоза самобытности и открытости внешнему миру. В качестве примера он приводил Сергея Дягилева — новатора, который сочетал межжанровое и межвидовое искусство, оставаясь при этом на позициях традиций. Обрист выражал уверенность, что такой подход должен быть характерен и для современного русского искусства.

В том же интервью Обрист упоминал, что в его списке наиболее важных современных художников мира (на тот момент включавшем 30 позиций) российских имён не было. При этом он выражал намерение встретиться с несколькими российскими художниками и мыслителями, о которых слышал, и, возможно, включить их в список своих интервью.