Original size 2280x3200

Комфорт в массовой и элитарной мебели XIX–XXI веков

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

Исследование показывает, как через мебель меняется представление о том, что такое «сидеть удобно» и для кого этот комфорт предусмотрен. В центре внимания не отдельные шедевры, а разрыв между массовыми предметами и мебелью, созданной для привилегированных интерьеров. В одном и том же времени рядом существуют крестьянский стул и парадный диван, школьная парта и музейное кресло модернизма, пластиковый учебный стул и алгоритмическое кресло-скульптура. Эти пары позволяют увидеть, как телу отводят разный статус и разные права на комфорт.

Работа охватывает три периода: XIX век, модернизм XX века и мебель начала XXI века. Массовый сегмент — крестьянские и городские стулья, школьные и офисные модели, продукция крупных сетей, офисные и «геймерские» кресла. Элитарный сегмент — парадные диваны и кресла XIX века, авторская мебель модернизма, экспериментальные и галерейные предметы XXI века. Такой подбор показывает, как распределяется комфорт между разными группами пользователей и как меняется логика «удобства».

В XIX веке элитарная мебель демонстрирует статус через жёсткую посадку, тяжёлые ткани и декоративную перегруженность и работает как часть парадной сцены. Массовая мебель того времени формируется из требований выносливости и экономии: простые стулья, лавки, табуреты, которые можно быстро переставить, отремонтировать или заменить. Комфорт здесь понимается как минимум, который не мешает работать и жить, и почти не проговаривается. В XX веке модернизм предлагает новый идеал — функциональность и стандарт. Массовый сегмент становится полем для внедрения этих идей: появляются консольные стулья, рациональные табуреты, школьные парты и офисные кресла, где комфорт заранее заложен в форму и материал, но остаётся жёстко нормированным. Элитные объекты модернизма работают как лаборатория: они радикально упрощают форму, экспериментируют с консолями и трубчатой сталью, проверяют новые схемы посадки, часто жертвуя удобством ради принципа. В XXI веке комфорт снова становится маркером расслоения. Массовый рынок предлагает кресла с регулировками, модульные стеллажи и учебные стулья с «активной» посадкой, которые нормализуют длинное сидение и делают базовую эргономику частью повседневности. В элитарном сегменте появляются алгоритмические каркасы, 3D-печатные стулья, диваны-«кабины» и лоундж-кресла. Комфорт здесь многослоен: он включает физическое удобство, приватность, эффект ограниченного доступа и демонстрацию технологического статуса. Метод исследования основан на визуальном анализе. Мебель рассматривается как текст, в котором зашифрованы представления о теле и статусе. Сравнение массовых и элитарных предметов в разных периодах показывает, что «комфорт» не нейтральная техническая характеристика, а историческое и социальное соглашение, которое меняется вместе с тем, как общество распределяет ресурсы, рабочее время и право на отдых.

Рубрикатор

— XIX век
— XX век
— XXI век

XIX

Мебель массового производства

Original size 1280x897

Томас Фаеда, «The Mitherless Bairn», 1851–1893 гг.

Эдгар Дега, «Ванна», 1886 г. // Жан-Франсуа Милле, «Женщина, сбивающая масло», 1866–1868 гг.

Original size 3543x2517

Ван Гог, «Едоки картофеля», 1885 г.

Крестьянская хижина в Нюэнене: низкий потолок, квадратный деревянный стол, простые деревенские стулья с соломенными сиденьями. Мебель минималистична и подчёркнуто утилитарна, часть типичного интерьера бедного крестьянского дома, где важен не дизайн, а функциональность и выносливость.

Ван Гог «Спальня в Арле», 1888 г. // «Кресло Гогена», 1888 г.

В «Спальне» художник демонстрирует почти аскетичный набор: жёлтая деревянная кровать, простой стол, два стула с соломенными сиденьями. Конструкция стульев проста. В «Кресле Гогена» акцент смещен на тот же тип дешёвого стула: массивные ножки, простая спинка.

post

Образец стула с «лестничной» спинкой (ladderback), выполненный в утилитарной стилистике шейкеров из массива клена. Вместо дорогой обивки использовано плетеное сиденье из тканевой тесьмы, обеспечивающее естественную вентиляцию и амортизацию. Спинка образована изогнутыми планками, что создает опору, соответствующую анатомической свободе. Этот предмет является эталоном массовой мебели XIX века, где форма полностью подчинена прочности, долговечности и повседневной функции.

post

Картины Ван Гога фиксируют массовые предметы быта XIX века — мебель и утварь, характерные для провинции и городских окраин. Тем самым они дополняют исследования материальной культуры точным визуальным материалом.

[Ван Гог, «Ночное кафе», 1888 г.]

Original size 800x600

Максим Дмитриев, «Голодный год в Нижегородской губернии. Народная столовая» (Дата съемки: 1891–1892)

На этой фотографии видна характерная черта крестьянской мебели: она лёгкая, портативная, простая. Лавку можно было передвинуть, стол сложить, практичным, и мобильно

Original size 1992x1026

С. Абамелек-Лазарев, Лев Толстой с родными и знакомыми, среди которых художник Николай Ге (Дата съемки: 1888 год)

post

На фоне викторианской перегруженности появилась альтернативная линия развития — промышленная мебель Михаэля Тонета. В 1859 году он представил венский стул No. 14, изготовленный из гнутого бука. Он состоял всего из шести деталей, собирался с помощью винтов, был лёгким, прочным и дешевым в производстве. К 1930 году продано 50 миллионов экземпляров — первый массовый мебельный бестселлер.

Визуально No. 14 выглядел максимально просто: без резьбы, без орнамента, с чистой, читаемой конструкцией. Его эстетика рождалась из функции: лёгкость, прозрачность, честность формы. Стул не имел отношения к статусу — он был создан для кафе и общественных мест, а в итоге стал иконой дизайна.

Original size 1200x930

Эдвард Хейтли, «Сэр Роджер и леди Брэдшей», 1750.

post

Английский деревенский стул типа «виндзор» стал одной из базовых моделей массовой мебели в Англии и США. В XIX веке в районе Хай-Уикомб его производили тысячами: точёные ножки, тонкие вертикальные прутья спинки, сиденье из цельной деревянной доски. Использовали недорогие породы — сосну, бук, ясень, — за счёт чего стул оставался прочным и доступным. Это был типичный рабочий предмет повседневного быта для домов, трактиров и сельских интерьеров.

Во всех этих примерах массовая мебель формируется из требований экономии и выносливости. Комфорт понимается как «не мешает работать и жить»: стул может пружинить за счёт формы, лавка — легко двигаться, но ни один предмет не создаётся ради длительного отдыха. Телесная практика — тело, которое работает и быстро восстанавливается на простом, честном сиденье.

Элитарные предметы мебели

Диван Chesterfield, возникший в XVII веке при английском графе Филипе Стэнхопе, становится в XIX веке символом того, как дизайн объекта прямо противоречит его функции. Визуально диван представляет собой театральное произведение: глубокая каретная стяжка (buttoned capitonne) создаёт ромбический паттерн, утопленные в ткань пуговицы из дорогого материала (латунь, позолоченная бронза) демонстрируют, что каждый сантиметр предмета обошёлся в значительные средства.

Original size 1500x500

Диван Честерфилд, Англия, 1780–1890-е гг.

Диван типа Честерфилд имеет характерные признаки: глубокую пуговичную стёжку, низкую спинку, закруглённые подлокотники одинаковой высоты. Обивается кожей или дорогим велветом. Деревянный каркас из красного дерева или палисандра. Разработан Филипом Стэнхоупом, 4-м графом Честерфилдом как мебель для джентльмена, позволяющая сидеть, не помяв одежду.

Original size 2000x1333

Фотография гостиной в стиле рококо в Метрополитен-музее (Нью-Йорк)

post

Кресло типа Rococo Revival обычно выполнено из палисандра или красного дерева с ажурной резьбой. Спинка и сиденье обиты плотным велветом с глубокой пуговичной стёжкой. Ножки изогнутые кабриоли. Характерны резные природные мотивы: фрукты, раковины, растительный орнамент. Высота спинки значительная, угол наклона более острый. Кресло часто дополнялось подушками.

[Диван в стиле рококо от Блейка и Дэвенпорта, приобретенный для Капитолия штата Вермонт в 1859 году.]

Этажерка, Британия, середина XIX века

Этажерка, Великобритания, середина XIX века. Лёгкая многоярусная конструкция с изогнутым силуэтом и кабриольными ножками относится к стилю рококо ревивал. Чёрная окраска, роспись и инкрустация перламутром имитируют японский лак, популярный в оформлении английских буржуазных интерьеров. Это типичный «мебельный фон» для среднего класса: недорогой по материалу (частично папье-маше), но перегруженный декором и рассчитанный на демонстрацию коллекций безделушек.

Original size 1200x738

Филиппо Пеладжо Палаги, Габриэле Капелло, Карло Кивассе, «Диван (из гарнитура)», ок. 1835.

Этот диван середины XIX века был частью гарнитура для парадной гостиной рядом с королевской спальней в замке Раккониджи, созданного по проекту архитектора Филиппо Пеладжо Палаги для короля Сардинии Карло Альберто. Мебель изготовил мастер Габриеле Капелло: диван и кресла отличаются скульптурно обработанным верхним краем спинки и очень тонкой работой шпона. Шёлковая обивка на диване — современная реконструкция, выполненная той же текстильной фабрике, которая ткала оригинальную ткань в 1830-е годы.

Филиппо Пеладжо Палаги, Габриэле Капелло, Карло Кивассе, «Диван (из гарнитура)», ок. 1835.

Original size 1500x750

Обеденный стул из дома спикера Палаты общин в Вестминстере спроектирован А. У. Н. Пьюджином и выполнен фирмой Holland & Sons в 1859 году. Это резной дубовый Х-образный стул в неоготическом стиле с красной кожаной обивкой, тиснёной и золочёной, — мебель как продолжение архитектуры. При этом комфорт здесь вторичен: высокая прямоугольная спинка и жёсткая посадка дисциплинируют тело, подчёркивая официальность пространства. Эргономика подчинена идее статуса и исторического стиля, а не расслаблению сидящего.

Элитарная мебель XIX века показывает, как статус закрепляется через контролируемый дискомфорт: прямую спинку, тяжёлые материалы, жёсткую посадку и визуальную перегруженность. Комфорт допускается лишь в той мере, в какой он не разрушает образ «правильной» позы и архитектуру интерьера. На фоне крестьянской и массовой мебели видно, что элита вкладывается в видимость и символы, тогда как практическая работа с телом и ресурсами происходит в нижних слоях.

ХХ

Мебель массового производства

Original size 1500x750

Фрэнк Ллойд Райт, «Офисный стул для здания Larkin», 1904–1906

Офисный стул Фрэнка Ллойда Райта для Larkin Building (1904–1906) имеет каркас из окрашенной стали с перфорированной сетчатой спинкой, кожаное сиденье и четыре колёса. Конструкция разработана для открытого офисного пространства и позволяет регулировать высоту и наклон спинки. Это одно из первых массовых офисных кресел, спроектированных авангардным архитектором для стандартизированного производства.

Original size 1500x750

Cesca Chair, Марсель Бройер, 1928

Cesca Chair, Марсель Бройер, 1928. Консольный стул из стальной трубки с сиденьем и спинкой из тростникового плетения, закреплёнными в деревянных рамах. За счёт консольной конструкции стул слегка пружинит, давая более мягкую посадку по сравнению с жёсткими четырёхногими моделями — это важный шаг в сторону «упругого» комфорта массовой мебели. Исходно авторский модернистский объект, Cesca быстро стал серийным и перекочевал в квартиры, офисы и кафе, фактически связывая авангардный дизайн и повседневный массовый быт.

Original size 2208x1442

Томас О’Халлоран, Набор К58-103 на выставке в Сокольниках, 1959 г.

post

Стул из набора К58-103 (Юрий Случевский, Александр Белорусский, конструктор Е. Дружинин, СССР, 1958) — один из ключевых образцов советского модернистского мебельного дизайна. Это массивный деревянный стул с трапециевидным фанерным сиденьем, коническими ножками, ввинченными в сиденье, и фанерной спинкой на двух опорах-«бумерангах», стянутых крупными болтами. Конструкция одновременно проста и пластически сложна: диагонали, сужающиеся ножки и «висящая» спинка делают его похожим на небольшой архитектурный объект. Стул проектировался как часть стандартизированного набора для типовой трёхкомнатной квартиры, отражая поворот к рациональной, сборной мебели для массового городского жилища.

Original size 1500x500

Tabouret Berger, Шарлотта Перьян, 1953

Tabouret Berger, Шарлотта Перьян, 1953. Трёхногий табурет основан на форме традиционного доильного стула альпийских пастухов: круглая деревянная «тарелка»-сиденье и три слегка разнесённые ножки для устойчивости на неровном полу. Перьян переводит этот вернакулярный объект в язык модернизма — чистые пропорции, честные материалы, никакого декора. Это пример демократичной мебели: простая конструкция, удобная посадка на короткое время и формат, рассчитанный на обычное жильё, а не на элитарный интерьер.

Original size 1500x750

School Desk, Жан Пруве, 1946

School Desk, Жан Пруве, 1946. Это объединённый учебный комплект: металлическая рама, к которой крепятся столешница и один-два сиденья, образуя жёсткий модуль для класса. Ножки разведены в стороны и смещены, чтобы конструкция была устойчивой и не мешала проходам, а деревянные поверхности выдерживали интенсивное использование. Такое решение задаёт норму для массовой школьной мебели послевоенного времени: минимальный комфорт, максимальная прочность и плотная посадка в общем пространстве.

В этих примерах модернизм входит в массовый сегмент через офис, школу и стандартную квартиру. Комфорт понимается как контролируемая упругость, прочность и гибкость расстановки, а не как мягкость и декоративность. Экономия материала и серийность производства совпадают с идеей «честной» формы, поэтому массовая мебель становится главным полигоном для отработки функционалистских решений.

Элитарные предметы мебели

Original size 1500x482

Кресло LC2 Grand Confort (Ле Корбюзье, Пьер Жаннере, Шарлотта Перьян, 1928)

Кресло LC2 Grand Confort (Ле Корбюзье, Пьер Жаннере, Шарлотта Перьян, 1928) устроено предельно ясно: стальная хромированная «решётка»-каркас снаружи и отдельные мягкие подушки внутри. Формально это почти анти-кресло: конструкция выставлена напоказ, а объём комфорта — съёмные блоки сиденья, спинки и подлокотников, уложенные в металлический контур. Эргономика здесь не про «объятие тела», а про жёстко заданный прямоугольник, в котором тело принимает правильную, почти архитектурную позу. В диванной версии LC2 тот же принцип масштабируется: модульное сочетание секций создаёт «линейку» комфорта для гостиной или приёмной, но остаётся объектом элитарного модернизма, а не массового жилья.

Original size 1500x750

Wassily Chair (Model B3), Марсель Бройер, 1925–1926

Wassily Chair (Model B3), Марсель Бройер, 1925–1926. Каркас из стальной трубки образует прямоугольную раму, в которую «подвешены» полосы кожи: сиденье, спинка и подлокотники работают как ремни, натянутые между контурами. Конструкция делает кресло визуально лёгким и почти прозрачным, но посадка остаётся достаточно жёсткой — это эксперимент с новым материалом, а не попытка максимального удобства. Кресло создавалось в баухаузовском контексте как манифест индустриальной эстетики, поэтому ближе к элитарному авторскому объекту, чем к массовой мебели.

Original size 1500x750

Барселонское кресло MR90 (Mies van der Rohe, 1929)

Барселонское кресло MR90 (Mies van der Rohe, 1929) — это X-образная рама из плоской стальной полосы и две отдельные кожаные подушки, закреплённые на кожаных ремнях. Изначально кресло проектировалось как современный «трон» для испанской королевской четы в павильоне Германии на выставке в Барселоне, то есть как заведомо элитарный объект. Визуально оно сочетает индустриальный каркас и почти ремесленную обработку: шлифованный металл, вручную простёганные квадраты кожи, скрытый объём мягкого наполнителя. Эргономика построена на наклонённом сиденье и спинке, которые удерживают тело в полулежащей, демонстративно расслабленной позе — комфорт здесь одновременно физическое ощущение и жест статуса.

Original size 1500x750

Egg Chair, Арне Якобсен, 1958, для SAS Royal Hotel в Копенгагене

Egg Chair, Арне Якобсен, 1958, для SAS Royal Hotel в Копенгагене. Формованная оболочка из пены на стальном каркасе разворачивается вокруг сидящего и создаёт в открытом лобби приватный «кокон» — редкий для того времени жест заботы о личном пространстве в общественном интерьере. Посадка рассчитана на полулежачую позу с опорой для головы и плеч, так что комфорт здесь связан не только с мягкостью, но и с ощущением защищённости. Кресло задумывалось как часть тотального дизайн-проекта отеля и с самого начала существовало в элитарном сегменте. Сегодня Egg Chair остаётся символом high-end-модернизма, который объединяет статус, авторство и продуманную эргономику.

Original size 1500x824

Zig-Zag Chair, Геррит Ритвельд, 1932–1934

Zig-Zag Chair, Геррит Ритвельд, 1932–1934. Стул собран из четырёх плоскостей, образующих жёсткую Z-образную консоль, — никакой привычной рамы, задних ножек или поперечин. Эргономика здесь предельно аскетична: плоское сиденье и спинка задают правильную вертикаль, но не подстраиваются под тело; это демонстрация принципа, а не забота о длительном сидении. Модель была создана для дома Шрёдер и существует в малых сериях как арт-объект модернизма, то есть относится к элитарному сегменту, где радикальная форма важнее бытового комфорта.

Элитарные объекты модернизма работают как лаборатория формы: они тестируют сталь, консольные схемы и возможность «разобрать» стул на чистые плоскости и линии. Тело в этих предметах подстраивается под конструкцию, а не наоборот. Позже приёмы, опробованные в студийных и музейных вещах, частично переходят в массовую мебель, но в более мягких, адаптированных конфигурациях.

ХХI

Мебель массового производства

Original size 1500x590

Tip Ton // Map Table Barber & Osgerby, 2011, Vitra

Tip Ton — цельнолитой пластиковый стул, который может стоять ровно и наклоняться вперёд примерно на 9°, фиксируясь в «рабочем» положении. Конструкция без подвижных механизмов: лёгкий рокер заложен в геометрию полозьев, за счёт чего стул выдерживает интенсивное использование в школах и аудиториях. Изначально задумывался как учебный стул, который стимулирует активную посадку и микродвижения тела, а не пассивное «откидывание назад». Сегодня используется и в домах, но по сути остаётся образцом массовой образовательной мебели нового типа.

Original size 1500x750

Tip Ton // Map Table Barber & Osgerby, 2011, Vitra

Map Table, Barber & Osgerby, 2011, Vitra. Это стол с тонкой прямоугольной столешницей и характерной трёхлучевой опорой на ножках-трубках, рассчитанный на разные конфигурации: одиночные места, группы, длинные ряды. Высота и габариты подобраны под работу сидя и стоя, стол можно объединять в «острова» или линейные ряды в учебных и офисных пространствах. Конструкция максимально нейтральная визуально, чтобы не задавливать комнату, — функция важнее образа, а комфорт понимается как гибкость расстановки и достаточная рабочая поверхность при минимуме материала.

Original size 1500x750

Studio 7.5, Herman Miller, 2000-е–2010-е

Студия 7.5 разрабатывает для Herman Miller офисные кресла, которые автоматически подстраиваются под сидящего — Mirra 2, позже Cosm. Ключевая идея: сложная эргономика спрятана в гибких спинках, синхромеханизмах и «умном» натяжении сетки, но пользователь не должен ничего долго регулировать. Это уже массовый корпоративный стандарт: такие кресла закупают не поштучно «в кабинет шефа», а сотнями в open space. Здесь комфорт становится нормой для наёмного офисного работника, а не привилегией руководства.

Original size 3456x1198

DXRacer Formula Series, с 2006

DXRacer Formula Series выросли из автомобильных спортивных сидений: высокий сплошной спинка, выраженные боковые «ушки», подголовник и подушки под шею и поясницу. Первая такая модель, выпущенная в 2006 году, фактически задала стандарт «геймерского» кресла, который потом размножился в виде сотен клонов. Конструктивно это всё та же стальная рама, плотная пена и многопозиционные подлокотники; комфорт понимается как возможность часами не вставать из-за экрана, оставаясь зафиксированным в «сидя-лежачей» позе. Это пример массовой мебели нового типа: формально она продаётся как инструмент продуктивности и здоровья, но по сути превращает долгую сидячую работу/игру в норму.

Original size 1500x750

IKEA Kallax, с 2014

Kallax — модульный кубовый стеллаж из ДСП, который можно ставить вертикально, горизонтально или использовать как низкий «остров»/перегородку. Его ячейки рассчитаны под стандартные боксы, дверцы и корзины, поэтому один и тот же каркас работает как открытое хранение или закрытый шкаф. Это радикально массовый предмет: недорогой, легко собираемый, адаптируемый под разные сценарии жизни в малогабаритных квартирах. Комфорт здесь — не мягкость, а управляемость быта: возможность быстро организовать вещи и «нарисовать» стены из мебели.

Массовая мебель XXI века продаёт комфорт как стандарт: регулируемые кресла, модульные стеллажи, учебные стулья с контролируемым движением. При этом он связан не с отдыхом, а с длительной работой или учёбой, для которых тело должно долго оставаться в сидячем режиме без явного напряжения.

Элитарные предметы мебели

Original size 1500x750

Patrick Jouin, C2 Solid Chair, 2004

Solid C2 — один из первых полноразмерных стульев, полностью напечатанных стереолитографией в один проход. Вся форма — от ножек до спинки — представляет собой непрерывную «сетку», которая плавно утолщается в зонах нагрузки и истончается там, где материал можно убрать. Комфорт здесь минимален и скорее демонстративен: стул работает как прототип новой технологии, показывая, что цифровое моделирование и 3D-печать могут создавать сложную, но структурно продуманную мебель.

Original size 1500x520

Hella Jongerius, Polder Sofa, 2005/2015

Polder Sofa — низкий асимметричный диван с подчёркнутой горизонталью, отсылающей к голландскому ландшафту полдеров. Его характер формируют разные по фактуре и тону ткани, смещённые подлокотники и крупные декоративные пуговицы. Комфорт здесь «растянут» по длине: диван предлагает не строгую посадку, а возможность лежать, полулежать, собирать вокруг себя вещи на встроенной платформе. Это пример того, как авторский дизайн превращает жилой диван в ландшафт для тела и предметов.

Original size 1500x750

Joris Laarman, Bone Chair, 2006 г.

Bone Chair спроектирован с помощью алгоритма, который имитирует рост костей и ветвей деревьев, оптимизируя форму под минимальный расход материала и максимальную прочность. В результате кресло выглядит как «оголённый скелет» сиденья: тонкие разветвлённые опоры, органические изгибы, алюминиевая поверхность. Эргономика здесь подчинена алгоритму: посадка возможна, но главное — демонстрация того, как цифровые вычисления задают каркас будущего комфорта. Это элитарный объект-икона, существующий малыми сериями и в музейных коллекциях.

Original size 1500x518

Ronan & Erwan Bouroullec, Alcove Sofa, 2006/2021

Alcove Highback Sofa устроен как мягкая «кабина»: спинка и боковые панели высотой около полутора метров экранируют сидящего визуально и акустически. Внутри — глубокие подушки и достаточно места, чтобы сидеть, полулежать или проводить небольшие встречи. Это мебель, которая формирует в офисе или общественном пространстве приватную зону, делая комфорт не только физическим, но и пространственным ресурсом. Диван показывает, как в XXI веке статусный объект может выражаться не в декоре, а в степени изоляции от общего шума.

Original size 1500x750

Konstantin Grcic, Waver Lounge Chair, 2011

Waver Lounge Chair вдохновлён снаряжением для outdoor-спорта: тканевое сиденье натянуто на изогнутый трубчатый каркас, как парус или параплан. При внешней лёгкости кресло даёт полноценный лоундж-комфорт: широкое сиденье, высокая спинка, иногда — съёмный подголовник, плюс пружинящая консольная рама. Используются погодоустойчивые материалы, поэтому кресло одинаково уместно в интерьере и на террасе. Это пример того, как техническая эстетика и спортивные референсы переводятся в язык расслабленного досугового сиденья.

Исследование показало, что понятие комфорта в мебели нельзя описать как нейтральную «техническую характеристику». В XIX веке комфорт элитарной мебели был связан не с расслаблением тела, а с соблюдением позы и ритуала: жёсткие спинки, тяжёлые ткани, парадные диваны и кресла дисциплинировали сидящего и работали на статус. Массовая мебель этого времени решала другие задачи. Простые стулья, лавки, табуреты и крестьянские кровати были сконструированы из расчёта на выносливость, ремонтопригодность и экономию материала. Комфорт там возникал как побочный эффект рациональной конструкции, а не как отдельная цель.

В XX веке модернизм выдвинул новую норму — функциональность и стандарт. Авторские объекты работали как лаборатория формы и материалов, часто жертвуя удобством ради принципа. Именно массовый сегмент стал тем полем, где эта логика закрепилась в повседневности: школьные парты, офисные кресла, серийные стулья и табуреты задали предел «достаточного» комфорта для среднего пользователя. Он был нормирован и встроен в режим труда и учёбы. Тело в таких предметах должно было оставаться работоспособным, но не обязательно защищённым от длительного сидения.

В XXI веке комфорт снова становится фактором расслоения. С одной стороны, массовый рынок предлагает доступные регулируемые кресла, стулья с «активной» посадкой и модульные системы хранения, которые делают базовую эргономику частью обихода. С другой стороны, в верхнем сегменте появляются алгоритмические каркасы, акустические диваны, 3D-печатные стулья и сложные лоундж-кресла, где комфорт включает приватность, технологическую исключительность и работу с образом владельца. Сравнение массовых и элитарных предметов в разных периодах показывает, что мебель фиксирует не только историю форм, но и историю распределения права на удобство. Комфорт в этом контексте — историческое соглашение о том, какое тело имеет право сидеть удобно, как долго и в каком пространстве.

Bibliography
Show
1.

Boynton L. O. J. High Victorian Furniture: The Example of Marsh and Jones of Leeds // Furniture History. 1967. Vol. 3. P. 54–91.

2.

Kirkham P. Furniture history // In: Design History. London: Routledge, 2006. P. 58–85.

3.

Grier K. Culture and Comfort: Parlor Making and Middle-Class Identity, 1850–1930. Washington, DC: Smithsonian Institution Press, 2013. 240 p.

4.

Burns K. The Media Surface of Design Reform: Reproduction and the Traffic in Images, 1841–1852 // Fabrications: The Journal of the Society of Architectural Historians, Australia and New Zealand. 2013. Vol. 23. No. 2. P. 156–181.

5.

Усанова А. Л. Интерьер как художественно-эстетическая концепция в отечественном искусстве начала ХХ века // Идеи и идеалы. 2014. Т. 2. № 4 (22). С. 108–114.

6.

Усанова А. Л. Художественно-бытовые традиции в советском городском интерьере (1930–1950 гг.): дис. … д-ра искусствоведения. Барнаул: Изд-во Алтайского ун-та, 2016. 350 с.

7.

Lindqvist U. The Cultural Archive of the IKEA Store // Space and Culture. 2009. Vol. 12. No. 1. P. 43–62.

8.

Trendafilov D. Design Incorporated: IKEA as Personal Experience // Punctum. International Journal of Semiotics. 2018. Vol. 4. No. 1. P. 165–178.

9.

Evans N. G. A History and Background of English Windsor Furniture // Furniture History. 1979. Vol. 15. P. 24–53.

10.

Strange J. M. Fatherhood, Furniture and the Inter-personal Dynamics of Working-Class Homes, c. 1870–1914 // Urban History. 2013. Vol. 40. No. 2. P. 271–286.

11.

Özkan K., Öztürk B. The Effect of Modernism Movement on Iconic Furniture Design // The Turkish Online Journal of Design, Art and Communication. 2023. Vol. 13. No. 3. P. 690–699.

12.

Ferry E. The Poetic Home: Designing the 19th-Century Domestic Interior. New York: Monacelli Press, 2012. 256 p.

13.

Ölmez O., Alkan İ. V. An Evaluation on the History of Furniture after the Industrial Revolution // Wood Industry and Engineering. 2021. Vol. 3. No. 2. P. 37–47.

14.

Buchli V. Khrushchev, Modernism, and the Fight Against Petit-bourgeois Consciousness in the Soviet Home // Journal of Design History. 1997. Vol. 10. No. 2. P. 161–176.

Image sources
Show
1.2.3.4.5.6.7.8.9.10.11.12.13.14.15.16.17.18.19.

https://api.interior.ru/images/DESIGN/NAME/Prouve/Prouve_6.jpg (дата обращения: 23.11.2025)

20.21.22.23.24.25.26.27.28.

https://nlstore.hermanmiller.com/collections/studio-7-5/ (дата обращения: 25.11.2025)

29.30.31.

https://www.moma.org/collection/works/102955 (дата обращения: 24.11.2025)

32.33.

https://www.jorislaarman.com/work/bone-chair/ (дата обращения: 23.11.2025)

34.35.
Комфорт в массовой и элитарной мебели XIX–XXI веков
We use cookies to improve the operation of the website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fo...
Show more