Рубрикатор
— Концепция визуального исследования — Особенности японской эстетической традиции — Остров-музей Наосима (с музеями Титю и музеем Ли Уфан), — Музей современного искусства 21 века в префектуре Канадзава — Музей визуального искусства TeamLab Botanical Garden в Осаке — Храм-музей в холме Большой Будда в Саппоро — Заключение
Концепция
В современной архитектуре музеев Японии прослеживается тенденция переосмысления музейного пространства. Несмотря на огромное количество музеев и галерей, наследующих западным традициям, где музей является «контейнером» для хранения и демонстрации искусства, в Японии существует много музеев, в которых здание становится частью окружающего ландшафта, а природа играет роль художественного объекта и экспоната. Таким образом, музей и его коллекция не изолированы от окружающего мира, а непосредственно связаны с ним.
Целью настоящего исследования является анализ средств современной архитектуры японских музеев, с помощью которых реализуется концепция музея как среды, взаимодействующей с природой. В качестве материалов данного исследования выбраны наиболее показательные для данной тематики музеи: остров-музей Наосима (с музеями Титю и музеем художника Ли Уфана), Музей современного искусства XXI века в префектуре Канадзава, Музей визуального искусства TeamLab Botanical Garden в Осаке, храм-музей в холме Большой Будда в Саппоро.
Несмотря на разницу в экспозициях и тематике вышеперечисленных музеев, всех их объединяет общая черта — стертая граница между внутренней средой музея и его внешним окружением.
Исследование построено следующим образом. В первой части работы рассматривается ряд особенностей японской эстетической традиции, которые реализуются в архитектуре и музейном пространстве. Исследование рассматривает также архитектурные подходы, позволяющие «растворить» границы между внутренним и внешним. Во второй части проводится анализ музеев, в которых данные подходы реализованы на практике, по следующей схеме: общее описание тематики и коллекции музея, архитектурное решение, роль природного света, взаимодействие с природой, опыт посетителя.
Кроме личных наблюдений (все музеи, о которых идет речь в исследовании, автор данной работы посещала в Японии) исследование опирается на работы японских и европейских исследователей. «Климат и культура» («Фудо», 1935) — ключевая работа японского философа Вацудзи Тэцуро, утверждавшего, что человеческое существование и этика формируются окружающей средой. Данная книга объясняет причины приверженности японских авторов к простым легким формам и интеграции архитектуры с природой. «Похвала тени» — эссе японского писателя Дзюнъитиро Танидзаки, написанное в 1933 году, в котором он противопоставляет японскую эстетику, основанную на полумраке и нюансах, западному стремлению к яркому свету и функциональности. Теоретическая работа архитектора Кэнго Кумы «Антиобъект: Разложение и распад архитектуры» (Anti-Object: The Dissolution and Disintegration of Architecture, 2008), отстаивает точку зрения, согласно которой здание не должно вступать в конфликт с окружающей средой или доминировать над ней. Общую работу о современных архитекторах и их экологическом подходе пишет Philip Jodidio — Contemporary Japanese Architecture (2021).
Японский опыт создания музеев представляет особую ценность, поскольку демонстрирует альтернативную модель музейного пространства, в которой архитектура не противопоставляется окружающей среде, а интегрируется в неё.
Традиционный японский внутренний сад (цубо-нива).
Особенности японской эстетической традиции
Эстетическая категория не рождается на пустом месте, а приходит из бытовой или культурной целесообразности. Известный японский писатель Танидзаки Дзюнъитиро в эссе «Похвала тени» пишет следующее: «То, что мы называем красотой, развивается обыкновенно из жизненной практики». Японская эстетика помещения непосредственно связана с климатическими особенностями. Сейсмически активный регион не позволяет строить дома на монолитных фундаментах. Традиционные (а также современные) дома представляют из себя подвижные многоопорные конструкции, которые при землетрясении будут раскачиваться из стороны в сторону.
1. Энгава в традиционном японском доме. 2. План традиционного японского дома с энгава и внутренним садом.
Над каркасом из деревянных опор возводится тяжелая крыша, которая в сочетании с легким каркасом здания создает низкий центр тяжести, повышая устойчивость постройки. Традиционный дом, как правило, окружает обходная галерея — энгава (промежуточное пространство между домом и природой), а раздвижные створкистены в любой момент (а особенно жарким и влажным летом) можно раскрыть, превращая дом в подобие беседки, что нужно в первую очередь для вентиляции помещения. Иными словами, японский традиционный дом — это крыша, возведенная над пустым пространством-трансформером. Все внутреннее пространство дома может раскрываться и раздвигаться, благодаря чему окружающая природа воспринимается как часть единого пространства.
Интерьер традиционного японского дома с татами и раздвижными перегородками сёдзи.
Из этих исключительно практических соображений рождается эстетическая категория «ма» 間 (промежуток, пауза или пространство между объектами), которая символически записывается иероглифом из двух элементов «ворота» и «солнечный свет».
Рюэ Нисидзава, Рэй Наито. Teshima Art Museum. Остров Тэсима, Япония, 2010 г.
Следуя этой категории, в японской архитектуре создается большое количество пустого пространства, открывающего возможность для созерцания, а когда пространства внутри помещения не хватает, открываются границы между внутренним и внешним.
Сад Адати (Adachi Museum of Art Garden). Ясуги, Япония.
Еще одной эстетической категорией, которая часто реализуется в японских садах, а также музеях и, в особенности, ландшафтных музеях, можно назвать сяккэй («заимствованный пейзаж»).
Его суть заключается в том, что элементы окружающего ландшафта (горы, деревья, постройки) вписываются в композицию сада или территорию вокруг музея. Например, окна, галереи или проемы в стенах как рамка оформляют внешний пейзаж, делая его частью интерьера.
1. Чайный домик Ихо-ан, храм Кодай-дзи. Киото, Япония. 2-3. Икебана
Можно упомянуть еще две эстетические категории — «ваби» и «саби», связанные с традиционным восприятием красоты в простоте, естественности и несовершенстве.
«Ваби» выражает неброскую красоту простых вещей, в том числе и природных пейзажей, а «саби» подчёркивает очарование времени, следов, например, патина на металле, непрозрачные стекла, словно бы потертые от времени.
Рюэ Нисидзава, Рэй Наито. Teshima Art Museum. Остров Тэсима, Япония, 2010 г.
Остров-музей Наосима
Остров Наосима в префектуре Кагава представляет собой пример превращения природного пространства в художественную среду. Наосима является одной из центральных площадок фестиваля Setouchi Triennale, масштабного художественного фестиваля, направленного на возрождение островных территорий, пострадавших от депопуляции и экономического упадка. На острове Наосима большое количество музеев, в том числе и ландшафтных, арт объекты, включая знаменитую тыкву Кусамы Яёй стоят прямо на побережье. Искусство не заключается в рамки зданий и становится частью островного ландшафта. Здесь зритель воспринимает произведения искусства через взаимодействие с морем, ветром, светом и рельефом острова.
Яёи Кусама. Yellow Pumpkin. Остров Наосима, Япония, 1994 г.
Центральными объектами острова можно назвать два музея: музей Титю (Chichu Art Museum, яп. «внутри земли») и музей художника Ли Уфана, оба созданные архитектором Тадао Андо.
Тадао Андо. Chichu Art Museum. Остров Наосима, Япония, 2004 г.
Тадао Андо. Chichu Art Museum. Остров Наосима, Япония, 2004 г.
Архитектурное решение музея Chichu Art основано на идее «невидимой архитектуры». Большая часть здания скрыта под землёй, чтобы не нарушать природный пейзаж острова. Геометрические формы из гладкого бетона вырезаны в холме и образуют систему дворов, коридоров и световых шахт. Пространство музея организовано как последовательность переходов: от тёмных проходов к ярко освещённым залам
Тадао Андо. Зал «Кувшинок» Клода Моне в Chichu Art Museum. Остров Наосима, Япония, 2004 г.
Джеймс Таррелл. Open Sky и Open Field в Chichu Art Museum. Остров Наосима, Япония, 2004 г.
Тадао Андо. Пространство инсталляции Time/Timeless/No Time Уолтера Де Мария в Chichu Art Museum. Остров Наосима, Япония, 2004 г.
В экспозиции Chichu Art Museum представлена постоянная коллекция всего трёх художников: Клод Моне, Джеймса Таррелла и Уолтер Де Мария. Это принципиальная особенность музея: архитектура Тадао Андо была создана не для универсальной экспозиции, а специально под конкретные произведения искусства.
В музее выставлены поздние работы Клод Моне из серии «Кувшинки», созданные в 1910-х годах. Пространство зала спроектировано таким образом, чтобы картины воспринимались исключительно при естественном освещении. Белые стены, мраморный пол и рассеянный свет создают эффект растворения живописи в пространстве.
В Chichu представлены также три инсталляции Джеймса Таррелла, исследующие человеческое восприятие пространства и света. Особенно важна работа Open Sky, пространство с открытым проёмом в потолке, через который посетитель наблюдает небо как часть произведения искусства.
Инсталляция Time/Timeless/No Time (2004) Уолтер Де Мария состоит из большой чёрной гранитной сферы, позолоченных геометрических элементов, бетонной архитектуры и естественного света, падающего сверху. Свет в течение дня постоянно меняет восприятие пространства.
Ли Уфан. Relatum. Музей Ли Уфана, остров Наосима, Япония, 2010 г.
Музей Ли Уфана отличается минимализмом и камерностью. Здесь архитектура выступает продолжением философии художника, связанной с направлением «Моноха», исследовавшим отношения между природными и индустриальными материалами. Одним из наиболее узнаваемых элементов экспозиции являются блестящие металлические сферы серии Relatum. Полированные стальные сферы расположены рядом с природными камнями, бетонными поверхностями или открытым пространством. Их зеркальная поверхность отражает небо, море, свет, архитектуру и фигуры посетителей, благодаря чему объект постоянно меняется в зависимости от окружающей среды.
1. Ли Уфан. Relatum. Музей Ли Уфана, остров Наосима, Япония, 2010 г. 2. Тадао Андо. Пространство музея Ли Уфана. Остров Наосима, Япония, 2010 г.
Особую роль в музеях Наосимы играет природный свет: свет поступает через скрытые проёмы и меняется в зависимости от времени суток и сезона.
Опыт посетителя на Наосиме близок к медитативному путешествию. Пространство требует медленного движения и внимательного восприятия. Именно поэтому Наосима стала одним из наиболее значимых примеров экологически интегрированной музейной архитектуры XXI века.
Аниш Капур. Clouds. Музей современного искусства XXI века в Канадзаве, Япония, 2004 г.
Музей современного искусства XXI века в Канадзаве
SANAA (Кадзуё Сэдзима и Рюэ Нисидзава). Музей современного искусства XXI века. Канадзава, Япония, 2004 г.
21st Century Museum of Contemporary Art, Kanazawa был создан архитектурным бюро SANAA, основанным архитекторами Кадзуё Сэдзимой и Рюэ Нисидзавой. Концепция музея строится на идее открытости и демократичности современного искусства. В отличие от традиционного музея, здесь создаётся пространство, напоминающее городской парк или общественную площадь.
1. SANAA. Музей современного искусства XXI века. Канадзава, Япония, 2004 г. 2. Олафур Элиассон. Colour Activity House. Музей современного искусства XXI века. Канадзава, Япония, 2010 г.
Архитектурно музей представляет собой круглое одноэтажное здание с полностью прозрачным стеклянным фасадом. В музее отсутствует главный вход: посетитель может войти практически с любой стороны. Галереи расположены как отдельные объёмы внутри прозрачной оболочки, между которыми есть открытые пространства. Архитектура становится не объектом, а средой для взаимодействия людей.
Леандро Эрлих. The Swimming Pool. Музей современного искусства XXI века. Канадзава, Япония, 2004 г.
Коллекция Музея современного искусства XXI века в Канадзаве сосредоточена на международном современном искусстве конца XX — начала XXI века и включает инсталляции, медиа-арт, перформативные и интерактивные проекты. Особое внимание уделяется произведениям, которые вовлекают зрителя в непосредственное взаимодействие с пространством и окружающей средой. Одной из самых известных работ музея стала инсталляция Леандро Эрлиха The Swimming Pool, иллюзию бассейна.
SANAA (Кадзуё Сэдзима и Рюэ Нисидзава). Интерьеры Музея современного искусства XXI века. Канадзава, Япония, 2004 г.
Карстен Хёллер. Double Sphere. Музей современного искусства XXI века. Канадзава, Япония, 2011 г.
Природный свет является основой архитектурного образа музея. Стеклянные стены пропускают дневной свет глубоко внутрь здания, создавая ощущение лёгкости и прозрачности. Внутренние дворы и световые колодцы обеспечивают постоянную связь с внешней средой. Из разных точек музея видны не только экспозиции, но и люди снаружи, деревья, небо и городские улицы, поскольку музей располагается в центральной части города.
Благодаря большому количеству стекла и большим пустым пространствам посетитель может ощутить изменение погоды, движение облаков и смену времени суток.
SANAA (Кадзуё Сэдзима и Рюэ Нисидзава). План Музея современного искусства XXI века. Канадзава, Япония, 2004 г.
Опыт посетителя в музее Канадзавы отличается свободой и неформальностью. Здесь отсутствует заданный маршрут, характерный для классических музеев. Человек может самостоятельно выбирать траекторию движения. Благодаря прозрачности и открытости архитектуры стирается граница между искусством, общественным пространством и окружающей средой.
teamLab. Resonating Microcosms in the Common Camellia Garden. TeamLab Botanical Garden Osaka, 2022 г.
teamLab Botanical Garden Osaka
teamLab Botanical Garden Osaka представляет собой один из наиболее показательных примеров современного музея, в котором граница между художественным пространством и природной средой практически полностью исчезает. Проект был создан художественным коллективом teamLab на территории ботанического сада Nagai Botanical Garden в Осаке. В отличие от традиционного музея с постоянными архитектурными границами, здесь сама природа становится основой экспозиции. Тематика проекта связана с исследованием взаимодействия человека, технологий и живой среды.
teamLab. Universe of Fire Particles in the Forest — Secondary Forest. TeamLab Botanical Garden Osaka, 2022 г.
Архитектурное решение проекта принципиально отличается от классического музейного пространства. Здесь практически отсутствует отдельное здание музея: экспозиция разворачивается непосредственно в ландшафте ботанического сада. Художественные объекты интегрируются в существующую природную среду. Пространство организовано как ночной маршрут через различные инсталляции, где посетитель постепенно погружается в изменяющуюся световую среду. Архитектура в привычном смысле заменяется системой световых, звуковых и цифровых взаимодействий. Благодаря этому музей воспринимается не как искусственно созданный объект, а как продолжение природного пространства.
teamLab. Forest of Autonomous Resonating Life — Eucalyptus; Floating Resonating Lamps on Oike Lake — Fire. TeamLab Botanical Garden Osaka, 2022 г.
Особую роль в проекте играет свет. В отличие от большинства музеев, где искусственное освещение используется для демонстрации объектов, здесь свет становится главным художественным материалом. Инсталляции реагируют на ветер, движение людей и особенности окружающей среды. Световые элементы постоянно изменяются, поэтому пространство никогда не выглядит одинаково.
teamLab. Life is Flickering Light Floating in the Dark — Nemophila. TeamLab Botanical Garden Osaka, 2022 г.
teamLab. Resonating Microcosms. TeamLab Botanical Garden Osaka, 2022 г.
Взаимодействие с природой является центральным принципом всей концепции. Инсталляции не существуют отдельно от окружающей среды: они изменяются в зависимости от сезона, влажности воздуха, движения ветра и роста растений.
Таким образом природа выступает не фоном, а активным соавтором произведения искусства.
Особенно важна идея временности: сад постоянно меняется, а вместе с ним трансформируется и визуальный опыт посетителя. Можно сказать, что в данном музее в полной мере реализованы эстетические понятия «сяккэй» и «саби».
teamLab. The Pillars that Dance with the Wind. TeamLab Botanical Garden Osaka, 2022 г.
Опыт посетителя строится как процесс полного сенсорного погружения. Человек не наблюдает экспозицию со стороны, а физически перемещается внутри живого пространства света, звука и растительности. Маршрут не имеет жёсткой структуры: посетитель свободно исследует сад. Многие объекты реагируют на присутствие людей, благодаря чему каждый опыт оказывается уникальным. teamLab Botanical Garden Osaka демонстрирует новый тип музейной среды, где технологии не противопоставляются природе, а используются для более глубокого переживания её изменчивости.
Тадао Андо. Hill of the Buddha («Холм Будды»). Саппоро, Япония, 2015 г.
Храм-мемориал Hill of the Buddha в Саппоро
Hill of the Buddha («Холм Большого Будды») в Саппоро представляет собой уникальный пример соединения храмовой архитектуры, ландшафта и музейного пространства. Проект был реализован архитектором Тадао Андо на территории кладбищенского комплекса Makomanai Takino Cemetery. Центральным объектом композиции стала гигантская статуя Будды высотой около тринадцати метров. Андо скрывает статую внутри искусственного холма, благодаря чему архитектура превращается в храм-музей.
Тадао Андо. Hill of the Buddha («Холм Будды»). Саппоро, Япония, 2015 г.
Тадао Андо. Hill of the Buddha («Холм Будды»). Саппоро, Япония, 2015 г.
Архитектурное решение строится на принципе постепенного раскрытия пространства. Посетитель сначала видит лишь верхнюю часть головы Будды, возвышающуюся над круглым холмом, в июле и августе покрытым лавандой, а в зимние месяцы белым снегом. Чтобы приблизиться к статуе, необходимо пройти через длинный бетонный тоннель, который создаёт ощущение перехода из повседневного мира в сакральное пространство. После тёмного коридора человек неожиданно оказывается во внутреннем круглом дворе, открытом небу. Центральная фигура Будды возникает как кульминация маршрута.
Природный свет играет ключевую роль в восприятии пространства. Внутренний двор полностью открыт сверху, благодаря чему свет свободно падает на статую Будды и бетонные стены. Освещение постоянно меняется в зависимости от времени суток, сезона и погодных условий. Особенно выразительным пространство становится зимой, когда снег усиливает ощущение тишины и пустоты, или летом, когда холм покрывается цветущей лавандой.
Тадао Андо. Hill of the Buddha («Холм Будды»). Саппоро, Япония, 2015 г.
Взаимодействие с природой является центральным элементом проекта. Холм не воспринимается как искусственное сооружение: архитектура словно вырастает из ландшафта.
Тадао Андо. Hill of the Buddha («Холм Будды»). Саппоро, Япония, 2015 г.
Опыт посетителя строится на последовательном эмоциональном погружении. Длинный тоннель, ограниченное пространство прохода и внезапное раскрытие круглого двора создают почти ритуальный эффект. Человек переживает не просто осмотр архитектурного объекта, а переход из суетного внешнего мира к внутреннему. Hill of the Buddha демонстрирует характерную для японской архитектуры идею растворения здания в ландшафте и превращения пути посетителя в часть художественного опыта.
Яёи Кусама. Red Pumpkin («Красная тыква»). Наосима, Япония, 2006 г.
Заключение
В заключении можно добавить, что японские музеи, архитектурно и технически разработанные на высоком уровне, в большинстве случаев опираются на традиционные эстетические категории, и позволяют созерцать предметы искусства в их тесной связи с окружающим миром.