Выставка — размышление о том, чем может быть сегодня для человека культура его предков, о природе культуры вообще и о способах существования малых этносов в современном мире.
В коми-пермяцком языке существует «второе прошедшее» время — «син сайын чулалöм кад» — «за глаза прошедшее». Оно употребляется, когда рассказчик не был свидетелем событий, а передает их с чужих слов. Это различие становится концептуальным ядром проекта. Художница едет в регион, откуда родом ее бабушка, и фиксирует визуальный нарратив. Выставка — рефлексия того, что удалось воспринять за короткую поездку.
«За глаза прошедшее» — это попытка говорить о чужом прошлом с честностью того, кто никогда не станет его прямым свидетелем.
План выставки. ЦГК, Пермь.
Зал 2
Зал 1.
Степень готовности проекта.
Предполагаемая дата открытия — 12 мая 2026 г.
«Переодевание манекенов»
В триптихе «Переодевание манеĸенов» художница исследует фальшивые элементы ĸультурного ĸонструĸта через образы механичесĸи собранных, лишенных цельности персонажей.
«Культура сотĸана из разных элементов, — утверждает художница. — Порой случаем или чьей-то волей притянутые элементы былой ĸультуры, обезличенные, лишенные души и сердца, грубо сĸрепляются и приносятся в современную жизнь, выдавая себя за живое воспоминание. Но прошлое едва ли можно оживить насильно».
«Переодевание манекенов» 250×100 см // Холст, масло // 2026
«Переодевание манекенов». Деталь.
По центру располагается тонко прописанное лицо центрального героя. Детальную живопись его лица и шеи художница чередует с динамичными, экспрессивными мазками рубахи. Национальная вышивка, набросанная эскизно, спускается потеками к краю холста, вызывая воспоминания о национальных костюмах, но не позволяя различить, к какой именно культуре относится этот узор. Обращает на себя внимание сияющий гвоздь, расположенный в середине центрального полотна. Он скрепляет костюм, а также голову и туловище, взятые от разных манекенов. На этом хрупком элементе, повелением чьей-то воли, держится вся конструкция.
«Переодевание манекенов». Деталь.
«Переодевание манекенов». Деталь.
С особой тщательностью художница прорабатывает белый торс манекена с левой «створки» триптиха. Его тело невольно вызывает в воображении классические скульптуры — древнегреческие, древнеримские и европейские. Нанизанная на торс красно-оранжевая голова, напоминающая болезненные портреты Фрэнсиса Бэкона, и металлический штырь вместе создают ощущение убогости всего строения.
Справа располагается полностью обезличенная фигура. Черный бархат ее лица поглощает свет. Местами под слоем одежды просвечивает холст, добавляя костюму призрачности. Он словно растворяется в пространстве фона и присутствует в реальности лишь частично.
«Переодевание манекенов». Деталь.
«Переодевание манекенов». Деталь.
«Переодевание манекенов». Деталь.
«Шеп»
Инсталляция «Шеп» (в переводе с коми-пермяцкого — «колос») представляет собой 200 пшеничных колосков, обмотанных цветными нитями. Работы образуют геометрическую фигуру — прямоугольник. Разноцветные столбики колосков спускаются вниз цветными корнями. В основе создания этой работы лежит ритуальное действие — движение руки по кругу. Каждый колос был обмотан художницей вручную. Это цикличное действие, повторяющееся на протяжении многих часов, порождает связь с циклами природы и жизни, а также с монотонным ручным трудом, которым из поколения в поколение занимались женщины ее рода.
«Шеп» 1500×1000 см// Колос, нить, леска//2026
Понятие «колос» — один из древнейших и богатейших символов в человеческой культуре. Колос, взятый с конкретного поля и обмотанный ниткой, становится реликвией, капсулой времени, хранящей запах поля, труд и руки. Нитка здесь — нить памяти, связывающая прошлое и настоящее. Актом обвязывания — жестом, знакомым по ритуальным веночкам и оберегам, — художница осуществляет сближение личной воли с наследием предков, хрупкости естественного с прочностью осмысленной формы. Корни создают невидимую основу видимой реальности.
«Шеп». Детали.
Видео «Концерт»
В зацикленном видео «Концерт» — запись городского концерта, сделанная на телефон. В кадре — упорядоченные ряды. На площади военные играют концерт. Звучит песня, в которой сразу угадывается русская народная. Но есть фальшь. Как и в триптихе «Переодевание манекенов», здесь всё сконструировано: песня, костюм, само мероприятие. Толпа. Люди. Зачем они пришли? Видео фиксирует механистичность происходящего. Зацикленность видео усиливает ощущение повторяющегося ритуала, у которого больше нет внутреннего содержания, — осталась только форма. «Концерт» становится еще одним примером того, как культура (в данном случае — «народная») превращается в симулякр: обезличенный, лишенный души и сердца, но грубо скрепленный чьей-то волей и выданный за живое воспоминание.
«Концерт» Зацикленое видео, запись на телефон// 1 мин// 2026
Тайга
Живописная панорама «Тайга» обращается к лесу как к ландшафту, на протяжении сотен лет конструировавшему внешнюю среду коми-пермяцкого этноса. Лес по-прежнему населен лешими и кажется неизменной точкой, базовым элементом культуры. Но в контексте проекта этот образ оказывается двойственным: декорация ли это, уступающая место новым ланшафтам современной реальности, таким как социальные сети и масс медиа, или он по-прежнему — живая опора? Панорама фиксирует момент, когда неизменное начинает колебаться.
«Тайга» 3000×1000 см// Холст, масло// 2026
«Тайга». Детали.
«Коннективная структура»
Работа «Коннективная структура» — это ритуальное действия с участием зрителя. Как стать сопричастным культуре не умозрительно, а телесно? Художница предлагает ответ через простое действие. Ритуальное действие —это ключевая часть понятия «коннективной структуры» известного культуролога Яна Ассмана.
«Каждая культура образует нечто, что можно назвать ее „коннективной структурой“ <…> она связывает человека с его современниками, образуя общее пространство опыта, ожиданий и деятельности <…> Но она связывает также вчера и сегодня».
«Коннективная структура» Инсталляция// Эскизы// 2026
Художница стремится вычленить, кристаллизовать само ощущение ритуального действия. Она размышляет о том, что такое ритуал, как он работает внутри нас и как мы его ощущаем. В языке нет слова, которое означало бы чувство «ритуального единения», — но само это чувство существует. Именно его художница предлагает зрителю соединить в себе.
Каждый участник, совершая цикличное движение рукой (наматывая шерстяную нить на деревянную палочку), вступает в диалог с художницей, с другими зрителями. Так же, как в работе «Шеп» художница соединялась со своим прошлым через обматывание колосьев, здесь она предлагает зрителю пройти через аналогичный жест.
«Заметки путешествующей»
«Заметки путешествующей» — это стена, на которой в хаотичном порядке располагаются фотографии, небольшие творческие работы и эскизы. Это визуальный дневник, в который зрителю предлагается погрузиться.
«Заметки путешествующей» Инсталляция, визульный дневник// салфетки, фотографии, акрил, пластик, печать// 2026
В этой работе художница сохраняет незавершенность, фрагментарность, саму ткань живого восприятия. Снимки, сделанные в поездке, обрывки разговоров с филологами и этнографами, случайные детали, быстрые зарисовки — всё это фиксирует хаотичность современной культуры и субъективный взгляд человека, который собирает образ региона «за глаза», не будучи его прямым свидетелем.
Зритель оказывается внутри этого потока: он может рассматривать отдельные фрагменты, угадывать связи между ними или просто ощущать плотность впечатлений, выпавших на долю художницы за короткую поездку. «Заметки путешествующей» становятся пространством доверия и уязвимости — тем местом, где рефлексия еще не завершилась, а смыслы не застыли в окончательной форме.
«Заметки»
Серия картин «Заметки» основана на визуальном дневнике, который художница также показывает в рамках проекта. Здесь она творчески осмысляет увиденные в поездке образы. Метод рисования — полуграфика, полуживопись, что подчеркивает незавершенность, подвижность взгляда.
На эскизных полотнах фиксируется хаос элементов современной коми-пермяцкой культуры: обрывки пушкинских стихов (следы уроков русской литературы), надпись «БАНАНЫ» с коробок, привезенных из Африки, антенны, деревянные срубы, советские тракторы. Художница наносит услышанные рассказы и случайно замеченные детали на один холст.
«Заметки путешествующей» Масло, холст, маркер, пастель/ 2026
«Заметки путешествующей» Масло, холст, маркер, пастель/ 2026
Особое место в серии занимают работы, где художница перерисовывает картины местных авторов. На этих картинах изображены духи, боги и тотемные животные коми-пермяцкой мифологии. Однако и эти образы отдают конструктом, лишенными живой связи с традицией. Поэтому она перерисовывает их в своей манере, в стиле «Заметок», чтобы посмотреть, что получится. Этот жест — одновременно исследование и ирония: попытка присвоить чужие образы, пропустить их через собственное восприятие.
«Заметки путешествующей» Масло, холст/ 2026
«Заметки путешествующей» Масло, холст/ 2026