❞ Берлинское техно — это не покрытый пылью памятник, а живой архив. Признание ЮНЕСКО подтверждает: наши танцполы — это демократические пространства, где свобода снова и снова реконструируется через ритм ❝
♪ РУБРИКАТОР ♪
КОНЦЕПЦИЯ
[1] ЗВУКОВАЯ РЕСТИТУЦИЯ ПРОСТРАНСТВА — литургия пустоты: деконструкция рейв-фундаментализма — индустриальный атавизм: эстетика контролируемого хаоса
[2] МАШИННЫЙ ЛОГОС: АЛГОРИТМИЧЕСКИЙ АРХИВИЗМ И ДИКТАТУРА ДАННЫХ — синтаксис экстаза: живая герменевтика кода — цифровая некромантия: апсайклинг мертвых данных
[3] ТЕМПОРАЛЬНЫЙ МОНОЛИТ: ГЕОМЕТРИЯ БЕСКОНЕЧНОГО ПОВТОРЕНИЯ — математический мистицизм: архитектура бесконечных арпеджио — повторение пройденного
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ИСТОЧНИКИ — библиография — источники изображений
ИМАГО/ Мюллер-Штауффенберг/ Парад любви/ 10 июля 1999 г.
♪ КОНЦЕПЦИЯ ♪
Трагедия стала точкой бифуркации. Между тяжелой историей, между разделительной стеной одного города проросла своими корнями еще одна ветвь — музыка, которая не только стала лечебным пластырем для всего андеграундного Берлина, но и точкой притяжения людей со всего мира.
Берлин всегда был городом радикальной музыки, шумовых пейзажей и агрессивных битов, которые так хорошо сочетались с заброшенными сценами и синтезом пространства и музыки. Эта сказка превратилась в огромный культ, соединяющий эти ценности. 13 марта 2024 года произошла радикальная трансформация статуса берлинской техно-сцены: она вошла в список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО1. Это событие поставило вызов перед современным Берлином — как сохранить статус «живого архива», не превратившись в статичный музейный экспонат для туристов, который привыкли видеть только в одном амплуа?
К 2026 году разрыв между мифологизированным образом «рейв-столицы 90-х» и реальной практикой современных артистов достиг своего пика. Необходимость деконструкции укоренившихся стереотипов и анализа новых методов звуковой работы становится критической для понимания того, как функционирует музыкальная среда.
Вопрос: каким образом современные артисты Берлина реконструируют эстетический канон техно-культуры, не превращая его в застывший артефакт, а используя богатый исторический архив как живой инструмент преодоления инерции прошлого?
Выбор темы базируется на анализе этих процессов, поскольку Берлин всегда позиционировался как место тотальной свободы в самовыражении и экспериментальных жанров музыки, которые могли быть раскрыты только там по причинам острых политических отношений. Все репрессии требуют выхлопа, и он произошел в заброшенных индустриальных зданиях в форме пульсирующей музыки. Однако, вместе с большой долей свободы статус ЮНЕСКО требует и большой ответственности, которая несколько может сковывать современных исполнителей, не давая мыслить Берлин как развивающуюся сцену.
Исследовательский интерес ставит перед собой цель разобраться, насколько музыкальная среда Берлина деконструировалась к 2026 году, поскольку сама она — живой организм, который не только помнит историю 90-х годов и расцвет техно, но и продолжает адаптироваться под новое поколение. Важно установить положение электронной музыки на момент самый актуальный, так как существует много укоренившихся стереотипов о культуре за счет громкой истории, не имеющей сейчас такой же тенденции и атмосферы.
В основу исследования положен принцип деления по звуковому вектору — методу, с помощью которого музыкальный взаимодействует с архивом техно-культуры. Всего отобрано 5 ключевых аудиовизуальных стратегий, распределенных по трем категориям:
[1] ЗВУКОВАЯ РЕСТИТУЦИЯ ПРОСТРАНСТВА — литургия пустоты: деконструкция рейв-фундаментализма — индустриальный атавизм: эстетика контролируемого хаоса
Данная глава сосредоточена на физическом и акустическом взаимодействии музыки с архитектурным наследием Берлина. Здесь звук выступает не как развлечение, а как инструмент реституции — возвращения утраченных смыслов индустриальным объектам.
[2] МАШИННЫЙ ЛОГОС: АЛГОРИТМИЧЕСКИЙ АРХИВИЗМ И ДИКТАТУРА ДАННЫХ — синтаксис экстаза: живая герменевтика кода — цифровая некромантия: апсайклинг мертвых данных
Здесь музыка рассматривается через призму цифровой археологии, где главным объектом становится не финальный трек, а сам процесс его генерации. Реконструкция здесь происходит на уровне кода: через алгоритмы, работу с цифровыми ошибками и реанимацию «мертвых» данных.
[3] ТЕМПОРАЛЬНЫЙ МОНОЛИТ: ГЕОМЕТРИЯ БЕСКОНЕЧНОГО ПОВТОРЕНИЯ — математический мистицизм: архитектура бесконечных арпеджио — повторение пройденного
Эта глава исследует феномен преодоления линейного времени через математическую цикличность звука. Я рассматриваю два полярных подхода к повторению: математический мистицизм Катерины Барбьери и индустриальную регенерацию стереотипов у Modeselektor.
Таким образом, я выдвигаю гипотезу: новое поколение музыкальных артистов в Берлине реконструирует реальность под современные предпочтения и характер посредством пересборки каноничных направлений, видоизменяя и трансформируя ритм, в ходе которого могут применяться различные технологии, например, кодинг.
В рамках каждой рубрики даются визуальные и аудиоматериалы конкретных кейсов (например, релизов лейбла Ostgut Ton и связанных с ним артистов) с ориентацией на треки, которые были выпущены в последние 5-10 лет с указанием их связи как с архитектурными и индустриальными пространствами Берлина, так и с исторической ритмикой. Отбор материала подчиняется правилу: важен поиск идейно-смысловых и звуковых доминант, а также выявление специфики «берлинского звука» как уникального инструмента реконструкции городской идентичности.
Отбор текстовых источников базируется на таких материалах как официальные манифесты артистов, пресс-релизы институций («Clubcommission Berlin») и интервью в профильных медиа («The Quietus»). Также исследование апеллирует к теоретическим источникам, включая академические и искусствоведческие тексты, которые рассматривают феномены цифровой археологии, хаунтологии и философии «живого архива» в контексте современной электронной культуры.
Красный барон со своими сестрами. Конгресс-холл на Александерплац в Берлине
[1] ЗВУКОВАЯ РЕСТИТУЦИЯ ПРОСТРАНСТВА
Клубная культура — это многогранное явление, самостоятельность которого до сих пор недостаточно глубоко изучена. Поэтому берлинское объединение CLUBCOMISSION поставило перед собой задачу совместно с экспертами из теории и практики выработать более полное понимание феномена. Первое качественное исследование понятия «клубная культура» было сделано в 2017 году: это только подтверждает, что сфера исследования достаточно молода.
Феномен клубной среды раскрывается на пересечении трех фундаментальных плоскостей: эстетической, социальной и экономической. Центробежной силой этой системы выступает коллаборация2.
Клубная культура изначально процветает там, где присутствие государства минимально. Часто облик клубного пространства меняется, адаптируясь под функциональные и эстетические потребности сообщества. В Берлине по-прежнему существует чрезвычайно разнородная сцена деятелей клубной культуры, распределенная по всему городу и порождающая широкий спектр эстетических позиций и культурных практик3.
❯❯❯ литургия пустоты: деконструкция рейв-фундаментализма
В данном разделе я провожу «вскрытие» тела музыки, которую выпускает лейбл Ostgut Ton, чтобы дешифровать звук лейбла как акустический слепок здания Berghain, где музыка и архитектура образуют неразрывное единство. Стоит отметить, что Ostgut Ton — экосистема, ориентированная исключительно на пространство Berghain. Его уникальность дает возможность изучить, каких резидентов и какие эстетические критерии приветствует клуб.
Сэм Баркер (Sam Barker)/ 2021
Отказываясь от прямой бочки, Баркер переносит акцент на мерцающие модулярные паттерны, которые вступают в диалог с акустикой Berghain. Здесь звук мыслится как математическая природа: музыка перестает быть набором ритмов и превращается в подвижную геометрическую структуру, которая заполняет пустоты бетонного просторного зала, почти храма, не опираясь на физическое давление низких частот.
Непродолжительный трек будто окутывает уши и переносит в пространство космоса и полета. Ритмичное покачивание с ртутными и аморфными вспышками импульсов будто создают гипнотическую игру, а мелодия на заднем плане — словно приход ангела из пустоты, который каждый раз возвращается. Плавание в жидкости, а не танец в индустриальном клубе.
Клуб Бергхайн
❯❯❯ индустриальный атавизм: эстетика контролируемого хаоса
Quelza/ 2026
Музыка лейбла очень непохожа между собой, что создает ощущение многоуровневого океана, который погружает в пучину все сильнее и сильнее. Трек «One Thought Responds To Another» — словно звук насекомых, которые создают шумовую и подземную мелодию. Однако это кибернасекомые, конструирующие новую религию: именно с чем-то божественным и нечеловеческим ассоциируется весь лейбл Ostgut Ton, целый пантеон богов. Это результат сложной частотной модуляции и работы с короткими транзиентами, в которой отсутствует гармоническая сетка: музыка не поет в привычном смысле, она пульсирует.
Это сложный художественный текст, где звуковые детали и структура создают особое, трансцендентное пространство переживания, что напрямую связано с идеями коллаборации и инклюзии. Шум и зернистость трека воспринимаются также и на телесном уровне, провоцируя мурашки на коже. Такая лабораторность порождает ощущение распадающихся частик в процессе смещения — настолько многослойная структура декомпозиции. Quelza берет цельный звук и дробит его на атомы, заставляя наш мозг пытаться собрать их обратно.
Terence Fixmer/ 2017
Переходя к анализу трека Terence Fixmer «Force», здесь наблюдается иная грань экосистемы Ostgut Ton — работа с акустическим брутализмом. Артист использует тяжелые, перегруженные текстуры, словно погружая музыку в массу из бетона. Звук здесь обладает весом и плотностью, сопоставимой с архитектурой электростанцией.
Даже само название трека переводится как сила, что идеально описывает работу ритмической секции. Некий индустриальный пресс, который диктует телу жесткий алгоритм движения.
Вывод: Лейбл Ostgut Ton работает как эстетический фильтр, определяющий границы сообщества и регулирующий уровень интимности внутри пространства. Само звучание каждого трека артиста — это отдельная вселенная, не похожая на остальные, однако общее все же есть: именно лабораторный подход к созданию звука дает ощущение того сакрального, превращая прослушивание в коллективный ритуал.
[2] МАШИННЫЙ ЛОГОС: АЛГОРИТМИЧЕСКИЙ АРХИВИЗМ И ДИКТАТУРА ДАННЫХ
Опыт клуба — это то, что невозможно полностью оцифровать, архивировать или передать через социальные сети и стримы. Как отмечается в исследовании «Clubkultur Berlin» от CLUBCOMISSION: «виртуальное участие не является частью клубной культуры». Ее природа глубоко телесна и привязана к физическому событию «здесь и сейчас».
В этой главе я исследую, как алгоритмический архивизм сталкивается с этой ускользающей реальностью в эпоху цифровизации. Как клубная культура через механизмы коллаборации и инклюзии создает «живой архив», где ценность представляет не сохраненная информация, а сам процесс физического резонанса тел и архитектуры, не поддающийся алгоритмическому учету.
❯❯❯ синтаксис экстаза: живая герменевтика кода
Александра Карденас (Alexandra Cárdenas)/ 2018-19
Если Ostgut Ton — это архитектурный монолит, то искусство Александры Карденас в альбоме «Hipersonica» исследует предельные состояния данных. Словно музыка цифрового распада, где звук имитирует перегруженные каналы связи, машинный логос проявляет себя не через порядок, а через шумовой террор, обнажая изнанку цифрового тела — неизбежные ошибки и помехи.
Когда слушаешь альбом «Hipersonica», становится трудно предполагать ритмическую композицию. Появляется ощущение страха и небезопасности перед цифровыми данными, которые, хоть и контролируются человеком, но вводят в атмосферу непредсказуемости, поскольку человек не может заранее знать, как отреагирует компьютер на кодирование звука. В контексте «живого архива» современного Берлина этот альбом документирует сопротивление материала: звук отказывается быть послушным битом и превращается в агрессивную физическую массу. Происходит стирание границ между чистым звуком и мусором (щелчки, «битые» звуки).
Трек «plato» отсылает к мифу о пещере Платона4. Однако, если у философа тени на стенах были лишь отражением реальности, то в треке сами цифровые артефакты и помехи становятся единственной доступной реальностью. Композиция конструируется из шума и искажений, препарируя среду заряженным битом и танцевальным ритмом. Взрыв цифры в навязчивую и «молотковую» структуру.
Аудиальное полотно «plato» пронизано жесткой, механистической цикличностью. Некая визуализация диктатуры алгоритма: звук повторяется с безжалостной точностью, имитируя работу производственного конвейера или бесконечный цикл обработки данных. В этот момент обнажается скелет машины, где каждая пауза и каждый всплеск звука строго детерминированы программным кодом. Такая экспериментальная природа берлинской сцены укоренена в самом Берлине, поэтому неудивительно, что такая музыка расцветает именно здесь. Сам город превратился в пространственную лабораторию, которая изучает новую эстетику звука.
Космические игровые площадки», лайв-сет Александры Карденас 2021 года, созданный с помощью лайв-кодинга
❯❯❯ цифровая некромантия: апсайклинг мертвых данных
Альберто де Кампо & Бруно Гола (Alberto de Campo & Bruno Gola)/ 2025
Лайв-трек «Live at Panke 2025» от итальянского лейбла Superpang напоминает на судороги, которые не заканчиваются. Интерес в звучании данной композиции состоит в самом подходе артистов как архитекторов музыки. Они берут старый алгоритм или ошибку и дают ей право голоса.
Стоит отметить, что фигура Альберто де Кампо — мощное подтверждение пересборки нового понятия о берлинской сцене. Он не только современный музыкант, но и преподаватель в университете UdK Berlin, в котором продвигает свой курс, где он создает системы, которые обладают «собственным поведением». Поэтому мощность лайв-перформанса в паре с Бруно Гола в том, что слушатель никогда не знает, в какой момент система «сломается» окончательно и во что это превратится. Так происходит воскрешение мертвых данных, которые оживают под воздействием дисторшна, рождая новые форсы жизни. Здесь авторское «Я» уступает место «Я» системы.
Особенную роль здесь играет сама локация — клуб Panke, расположенный в старинном промышленном дворе в районе Веддинг. Это мультидисциплинарное пространство, существующее на стыке андеграундного клуба и медиа-лаборатории, словно было рождено для подобных экспериментов.
Сама запись при прослушивании наводит на ощущения, будто оказываешься в густом океане с подводными обителями, которые никак не сопоставимы с привычным образом жизни человека: разные миры разных представителей рас. Некая мясорубка из тяжелых звуков, которая выдавливает их постепенно, заполоняя всю тарелку такой мелодией.
Это пространство нечеловеческой агентности: здесь звуковые сущности не поддаются привычной классификации. Вместо традиционной композиции слушатель сталкивается с процессом аудиальной экструзии.
Вывод: Исследование кейсов Александры Карденас и дуэта Альберто де Кампо и Бруно Гола подтверждает гипотезу о том, что клубная культура Берлина функционирует как «живой архив» через радикальное принятие технологий и их сбоев. Берлинская экспериментальная сцена выбирает стратегию апсайклинга цифрового мусора (сбоев, трещин, помех и пр.). По звучанию треков можно увидеть, как цифровая ошибка перестает быть браком и становится материалом, что доказывает: архив клуба — это фиксация момента столкновения человека, машины и архитектуры. Также можно подчеркнуть, что работа с машиной и кодингом в некоторой степени требует отказа от авторского контроля, уступая место бесконтрольному случаю.
[3] ТЕМПОРАЛЬНЫЙ МОНОЛИТ: ГЕОМЕТРИЯ БЕСКОНЕЧНОГО ПОВТОРЕНИЯ
В этой главе фокус исследования смещается с материальности звука на его темпоральную организацию. Если предыдущие кейсы демонстрировали «вскрытие» цифрового тела, то здесь я хочу проанализировать, как музыка конструирует специфическое время берлинского клуба — бесконечное «сейчас», зацикленное в геометрии повторения. Тем не менее такая зацикленность может проявляться по-разному: на примере двух артистов — Катерины Барбьери и Modeselektor — я хочу рассмотреть, как феномен повторения понимается в творчестве с разных точек зрения. Если в одном случае это цикличность звука и исследование психоакустики, то в другом — пример переосмысления Берлина периода его золотого времени.
❯❯❯ математический мистицизм: архитектура бесконечных арпеджио
Катерина Барбьери (Caterina Barbieri)/ 2019
Бал будущего от Катерины Барбьери. Итальянка, которая с 2010-х годов переехала в Берлине, выпускает совершенно уникальные аудиальные композиции.
Ее альбом «Экстатические вычисления» можно интерпретировать как торжество безграничных возможностей технологий. В ее исполнении машины — это соблазнительно. На протяжении всего альбома она полностью порабощена исследованием их потенциала5.
Например, разбирая на атомы трек «Spine of Desire», можно услышать, как используется очень специфический тип синтеза. Здесь звуки кажутся одновременно стеклянными и живыми, будто сама композиция неумолима. Она не прерывается, не дает пауз. Создается ощущение, что «тело» этого звучания нельзя обойти: ты словно находишься внутри него, а оно — внутри тебя. Повторение здесь создает перегрузку мозга за счет эха и реверберации.
❞ Ecstatic Computation — это реальность, где машины и люди сплелись в экстатическом танце к взаимному восторгу, а потенциальное завтра, определяемое Трампом, Брекзитом и климатическими изменениями, кажется лишь кошмарным сном, от которого нам позволено проснуться ❝
Сначала композиция «Closest Approach to Your Orbit» не звучит мелодично, она, словно настраиваемый двигатель, дает свои неэстетичные звуки, постепенно превращаясь в красивый жест метафизики космоса и орбитального движения. Трек предстает в виде круга, где Повторение — это не просто механический цикл, а гравитация. И Звук в этой атмосфере вращается вокруг слушателя, создавая ощущение неизбежности.
В контексте живого архива это может означать, что сам по себе опыт в клубе цикличен: он всегда возвращается в одну и ту же точку транса, но каждый раз сближение с звуками и композициями ощущается иначе.
Трек «Pinnacles of You» — это совершенно другой контекст. Он про вершины, шпили и высшие точки. В этой аудиальной композиции арпеджио модульного синтезатора Buchla звучат как цифровой орган. Тиражирование звука здесь не горизонтальное (как бит в техно), а восходящее. Каждый цикл кажется шагом вверх по бесконечной лестнице гармонии. В контексте исследования это новый подход к воспроизводимости, который переходит на совершенно иной уровень: инструмент возвышения, а не просто зацикленности. Здесь алгоритм создает красоту, которая кажется почти божественной, оставаясь при этом абсолютно синтетической.
❯❯❯ повторение пройденного
Modeselektor/ 2021
Контрапунктом мистицизму Барбьери выступает творчество Modeselektor как пример культурной регенерации и нарочитой уподобляемости стереотипам о немецкой сцене. Артисты виртуозно эксплуатируют и строят трек «Mean Friend» на осознанном воспроизведении узнаваемых кодов: тяжелый бас, механистический ломаный ритм и эстетика завода. Повторение здесь выступает не как поиск нового, а как ритуальное подтверждение статуса-кво берлинской сцены. Modeselektor словно архивируют сами себя и миф о городе, который их породил, создавая безупречный экспортный продукт берлинской идентичности. Даже в клипе герои переодеты в БДСМ-костюмы, что только подтверждает стереотип о чрезмерной свободе и эстетизации эротики.
Вывод: Анализ стратегий Катерины Барбьери и дуэта Modeselektor зацикленность как метод может функционировать в двух полярных режимах. Повторение в клубной культуре не является однородным процессом: оно обладает разной векторностью и преследует разные цели в рамках архивации берлинской сцены. Разность этих подходов доказывает, что музыканты в Берлине не унифицируют опыт. Напротив, они создают вариативность способов присутствия «здесь и сейчас», защищая живой процесс создания музыки от превращения ее в статичный цифровой файл.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ ♬⋆.˚
❞ Между сегодня и вчера, можно считать, вообще нет никакой разницы. Разве что на верхней тетради в стопке сегодня красуется «Томас Уингевинн», а вместо причастного оборота в мыслях учителя — герундий ❝
Таким образом, исследование подтвердило: новое поколение музыкантов в Берлине реконструирует реальность через пересборку каноничных направлений. Авторы трансформируют аудиальные композиции и применяют к ним современные технологии, такие как кодинг. Тем самым, давая берлинской сцене функционировать одновременно как архивом, так и лабораторией для экспериментов даже в статусе ЮНЕСКО.
Например, разбирая лейбл Ostgut Ton стало очевидно, насколько важно телесное присутствие слушателя, ведь виртуальное участие не признается частью культуры, так как ее ядро — в физическом участии тел. Другой кейс, алгоритмический подход Александры Карденас и Альберто де Кампо, доказывает, что технология в Берлине используется для деконструкции стереотипов. С другой стороны, повторение как художественный метод функционирует в двух полярных режимах, создавая вариативность способов присутствия: берлинская сцена 2026 года доказывает, что ее звук не стагнирует, а находится в процессе экспериментальных подходов и точкой сбора разных людей и подходов к музыке.
Издание «Zeitmaschine"/ рейвер/ фотограф не известен
Берлинская техно-культура признана культурным наследием // DW URL: https://www.dw.com/ru/berlinskaa-tehnokultura-priznana-kulturnym-naslediem/a-68521090 (дата обращения: 01.05.2026).
Clubcommission Berlin e.V. CLUBKULTUR BERLIN // Clubcommission. — 2019. — С. 5.
Clubcommission Berlin e.V. CLUBKULTUR BERLIN // Clubcommission. — 2019. — С. 8.
Платон. Миф о пещерем // НОВЫЙ АКРОПОЛЬ URL: https://www.newacropol.ru/alexandria/philosophy/philosofs/plato/uchenie_plato/plato3/ (дата обращения: 08.05.2026).
A Better Tomorrow: Caterina Barbieri’s Ecstatic Computation // The Quietus URL: https://thequietus.com/quietus-reviews/album-of-the-week/caterina-barbieri-ecstatic-computation/ (дата обращения: 13.05.2026).
FANTAS VARIATIONS // caterinabarbieri URL: https://caterinabarbieri.com/Fantas-Variations (дата обращения: 14.05.2026).
Germany adds Berlin’s techno scene to Unesco cultural heritage list // The Guardian URL: https://www.theguardian.com/world/2024/mar/15/berlins-techno-scene-added-to-unesco-intangible-cultural-heritage-list (дата обращения: 07.05.2026).
ALEXANDRA CÁRDENAS URL: https://alexandracardenas.com/home/ (дата обращения: 11.05.2026).
Bruno Gola URL: https://bgo.la/# (дата обращения: 09.05.2026).
https://www.photography-in.berlin/fenster61-tilman-brembs-zeitmaschine-analog-rave/ (Обложка) (дата обращения: 01. 05. 2026)
https://the-game.imago-images.com/new-narrative/1990s-berlin-culture/ (ИМАГО/ Мюллер-Штауффенберг/ Парад любви/ 10 июля 1999 г.) (дата обращения: 05. 05. 2026)
https://www.reddit.com/r/PhotographyAdvice/comments/1k7d6c0/trying_to_look_for_a_camera_best_for_these_types/ (группа из трех человек) (дата обращения: 05. 05. 2026)
https://ru.pinterest.com/pin/361976888806590141/ (фотокарточка диджейского пульта) (дата обращения: 05. 05. 2026)
https://ru.pinterest.com/pin/1027031889996717858/ (диджейский пульт с виниловыми пластинками) (дата обращения: 08. 05. 2026)
https://www.instagram.com/p/DWjinNODAVh/ (Красный барон со своими сестрами. Конгресс-холл на Александерплац в Берлине) (дата обращения: 08. 05. 2026)
https://www.iheartberlin.de/de/studio-berlin-entire-berghain-to-transform-into-giant-gallery-for-remainder-of-lockdown/ (Клуб Бергхайн)
https://www.berghain.berlin/en/ (обложки лейбла Ostgut Ton) (дата обращения: 07. 05. 2026)9. https://zeitmaschine.org/dazed-magazine/ (Издание «Zeitmaschine"/ рейвер/ фотограф не известен) (дата обращения: 09. 05. 2026)
https://www.youtube.com/watch?v=eGAeZODPBJg&t=388s (Космические игровые площадки», лайв-сет Александры Карденас 2021 года, созданный с помощью лайв-кодинга) (дата обращения: 10. 05. 2026)